ihistorian (ihistorian) wrote,
ihistorian
ihistorian

Летопись урожаев.

Есть интересная летопись урожаев одного из сел современной Архангельской области в книге: Воспоминания русских крестьян ХVIII – первой половины ХIХ века. – М.: Новое литературное обозрение, 2006. – С.680-704,761-763. Приведу самые интересные фрагменты со своими комментариями.
Сначала указания на неурожайные годы в 1850-1917гг.

"1856 год
Емца вскрылась ото льда 1 мая, стала 23 октяб[ря]. Весна холодная, вода большая, сев поздний, с 15 мая. Лето сырое, страда дождливая и продолжа¬лась до Покрова. Хлеб повредило сильно морозом, урожай был плохой. Се¬мен к будущему году из урожая не будет, народу придется брать в магазеи из збору прошлых хороших лет. Зима холодная. Война продолжается, Севасто-поль окружон. Мы заключили унизительный мир 19 марта. В Москве было коронование императора 26 августа. Сей год была ревизия, произвели раз¬дел земли по душам. Пока еще наделялись в хозяйстве одне мужщины, на женщин еще земли не дают.

1857 год
Река Емца вскрылась 26 апреля, стала 17 октября. Весна сырая и холод¬ная, сев начат 21 мая. Лето холодное, неплодородное; страда неприятная. Хлеб опять и сей год повредило морозом. Сено чорное, затхлое, жали в ру¬кавицах. 7—8 сентября нанесло снегу, суслоны возили — вырывали из сне¬гу. Хлеб морозобитный пекут на противнях и мешают белый мох. В народе голод, также и скоту, котораго много пало и убили. Год тяжелый, картошка плохая — убило в цвету.
1861 год
Река Емца вскрылась 26 апр[еля], встала 23 октября. Весна очень холодная, сев начали с 10 мая. Лето теплое; ячмень был хорош, но ржи, когда пошли сильные дожди, вылегли и проросли были худые. Страда была ненастная: хлеб жали мокрый, сырой в кладнях хлеб испортился. Сена на острову выставлено — все чорное, едва его убрали. И лишились сей год многи скота, на который был падеж от худого корма. Зима теплая, тихая.
Сей год было 19 фев[раля] освобождение крестьян от крепостной зависимости: 25 миллионов человек отняты от помещиков, народ вступил на свободный труд. У нас, в Архангельской губ[ернии], помещиков не было и мы этого не знали, только было в Шенгурском уезде; уделы, земля, как пахотная и сенокосная, была за государством. Во внутренних губерниях идет торжество народа — да, конечно, и надо, а то наша Россия отстала от других стран, это было пятном России, что народ живет в рабстве.

1862 год
Емца вскрылась 17 апр[еля], встала 3 октяб[ря]. Весна неважная, сен начался с 9 мая. Весной сена не было, а у кого и было, то 3 руб[ля] за пуд - едва додержали до подножного корму. Скота сильно подморили и скормили всякую солому — прошлый год было все сгнило. Лето было хорошее; рожь поспела в конце июля, но сражу же пошли морозы — и все-таки его повредило. Страда дождливая опять, так что на ниских полосах хлеб худой; сена того успели поубирать. 12-го сентября нанесло снегу — и жниво так было некончено, потом снег стаял после 2 недель. Осень сухая, но в конце холод¬ная. Опять хлеб дорогой стал, многие всего не убрали, картошки плохие.
Сей год последовала пересмотру судебная часть закона: крестьянам пре¬доставлено право для устройства внутреннаго, свое управление обществен¬ные дела решать на сельском сходе и управлять своим судом, который состо¬ит из избранных нашей среды: судьи и заседателей(26). Хлеб дорогой, доходил до полуторых рублей пуд, положение печальное, но с сеном прошлого года теперь полутше.
1865 год
Емца вскрылась 28 апр[еля], стала 25 окт[ября]. Весна протяжная, холод¬ная; сев с 19 мая, вода большая. Лето холодно, нехорошее. С 8 августа пали морозы, хлеб убило повсеместно — и пекли на железных сковородах, но многие ели белой мох, сушили и мололи из земли корни. Страда дождливая, холодная; урожай сильно плохой. Народ зело печален находился, в большом бедствии. Осень холодная и ненастная. Зима бурная, но нехолодная. Моя мать была маленькой и помнит этот год всю свою жизнь: родители их кор¬мили (их 7 девок, 1 брата) кое-чем, сушили разное листье, коренье. Картошку убило, сняли очень мало. Сена того все-таки поставили — хотя чорное, но не гнилое. Скота из-за голоду пришлось поесть.

1867 год
Емца вскрылась 15 мая, стала 27 окт[ября]. Год поздний, сев с 29 мая до 12 июня; и вода стояла долго на ниских местах — так и не сеяли. Хлеб поспевал тихо. 15 августа ударил мороз — и хлеба повредило сильно. Хлеб дорог. Народ живёт опять в большой нужде. Нищих везде: партиями ходят с котомками, но подавать некому — везде народ голодает. Пекут опять в формах и кое с чем — так уже из этой муки ничего не спекчи. Больных много, дети мрут, и старые люди также не переносят голодовки. Мать, девчонкой 6 лет, и опять этот год вспоминает, как трудно было их родителям (7 девок и 1 парень) кормить. Она уже жила, работала кое-что у Ефанского на Ефанити".

Обратите внимание, когда ребенок стал жить у чужих и работать!!


"С 1876 по 1900 год у меня по урожайности записей нет у предков более. Делаю уже теперь со своих пометок и выписок по урожаю и разных событий.

1891 и 1892 годы
был у нас неурожай хлеба, ели кору и мох. Народ мер, особенно дети. Хлеб можно было пекчи на противнях. Скота тоже поели и пало от худого, затхлаго сена. Погода холодная и мокрая.
1911-1912 год
Урожай всего неважный. Последний морозобитный сев был с 16 мая. Хлеб покупаем".

Таким образом, называется десять крайне неурожайных лет. Это я выделил тем, кто полагает, что при царях голода не было и с голоду не умирали. Автор летописи называет лишь одну возможность избежать серьезных последствий неурожая и голода: старые запасы собственного хлеба и общих запасов в «магазее». Ни о каких правительственных программах помощи голодающим, обеспечения их семенами и скотом на льготных государственных условиях ( как это мы видим в СССР)он не упоминает.
Встречал также абстрактные утверждения, что в рыночной системе в случае неурожая кто-то привезет хлеб и накормит и продаст семена. Как видим, ничего подобного нет: и продать некому, да и купить не на что было, очевидно, - «ели кору и мох», «народ мер, особенно дети».


Редкие указания на неурожаи в гражданскую войну:

"1918 год
Весна ранняя. Вода разлилась, потом стали морозы — и вовремя paзливу вода замерзла, так что почту и ходили в Емецк прямо по льду. Сев поздний. Рожь вытопило, а летом на 29 июня был мороз: мерзла вода на улице, и был лед на колосу хлеба много ночей. И хлеб был морозобитный, очень горький и черный, пекли в формах. Но осенью приехали интервенты-англичане, американцы(31), которые и дали нам белого хлеба и на семена ячменя. Но ячмень был двухгряный, к нашей земле не пригож — сняли 13 мешков всего.

1919 год
Урожай неважной, хлеба и сена мало — 18 мешков.

1920 и 1921 год
Весна в апреле рання[я] против всех годов. Сев был на месяц ранне[е]: на Егорья, 23 апреля, уже досевали. За два года уродилось 58 мешков. И начали только хлеб менять на мыло и хлеб — денег нет, да их никто и не берет.
1922 год
Весна рання[я], урожай всего хороший — 34 мешка".

Значит в этой местности голода 1921-1922гг. не было. Но и продавать «голодному Поволжью» никто не кинулся.

"1923 год
Весна холодная, урожай плохой хлебу — 11 мешков. Сено-то уродилось, деньги не идут, все купить надо на хлеб.

1924 год
Весна теплая, урожай хлеба и сена хороший — всего 23 мешка. Хлеба хватает.

1925 год
Урожай хлеба и сена хороший — всего 27 мешков.

1926 год
Весна холодная, год был морозобитный. Урожай всего неважной — хлеба 20 мешков.
1927 год
Весна теплая, рання[я], и вода была большая: доходила до чичиринского дома. А на низу крайные дома Сабельникова Василья топило в помеще¬нии. У Ендюги унесло ветренную мельницу и Редевкина Алексея. Также и у нас, на низу, Ирина повредило. Но год был урожайный как сена — и хлеба 22 мешка. Хлеба нам хватает, держим 2 коровы, телят и овец 3—4 штуки.

1928 год
Урожай хороший — 30 мешков, но осень была очень мокрая. Кончали уборку поздно и в холода убирали сена в рукавицах.
1929 год.
Урожай средний: хлеба 18 мешков. Сена хорошия.
1930 год
Урожай всего хороший: хлеба 30 мешков на 3 души. Сена хватает. Осень хорошая.
1931 год
Весна ранняя, урожай хлеба хороший — 20 мешков; также и сена.
1932 год
Первый год в колхозе по то[в]ариществу совместной работе. Урожай сей год плохой. Ржи совсем не было, живем старым хлебом. Уродилось всего 14 пудов ячменя и ржи. Хорошо, что есть картошка и старый хлеб".

Специально выделил тем, кто полагает, что в 1932г. урожай был нормальный: в данной семье и в данном селе 14 пудов против среднего в 18 мешков. Кстати, голодных смертей здесь не было в отличие от 1867, 1891-1892гг. даже не указано, что скот падал.


"1933 год
Весна хорошая, рання[я]; всходы хорошие. Урожай всему был, как хлебу и сену, хороший. С колхоза хлеба получили 42 пуда и прикупили на борана ржаной муки 2 пуда, да с усадьбы жита сняли 3 1/2 пуда".

Итак, в данном селе в данной семье в 1933г. был получен урожай 45,5 пудов против 14 пудов в 1932г. Это больше более, чем в три раза.

"1934 год
Весна благоприятная. Засев был хороший и урожай всего тоже, но осень замочливая. Ячмень колхозы затхлый выдавали. Всего хлеба получили этот год всех более — 126 пудов".

Допустим, что мешок зерна весит три пуда. Тогда полученный от колхоза урожай вместе с небольшим усадебным составил 42 мешка, - невиданное дотоле дело в семейном единоличном хозяйстве. Вот вам и преимущество колхозного хозяйства.

"1935 год
Урожай в колхози хороший и хватило хлеба своего.
1936 год, 1937-1938 год
Урожаи были хорошие как хлеба и сена.

1939 год
Урожай средний. Хлеба хватило, получили 1200 кило.
Примерно 25 мешков.

1940 год
Емца вышла и стала чистая 3 мая, Двина пошла 4—5 мая. Нижнокомский мост тонул, но Короблики нет. Вода была небольшая, погода сухая. Весной сев начался с 10 мая. С 24 мая ветер пошол с севера и стоял всю весну, до 29 мая. Всходы плохие, рожь хорошая и урожай ей был, но ячмень плох. Летом сильные жары, осень мокрая. Картошка хорошая, рыжиков очень много и ягод тоже. Хлеба по 1 к[г] 500 гр. на трудодень. Осень теплая, протяжная; во второй половины вьюги и заносы небывалые весь март. Зима суровая, холодная. Рабочими были татары из Мурманска, авакуированные".

Прямая связь небольшого обеспечения трудодня зерном с неурожаем.

"1941 год
Весна холодная, но урожай средний: по 1 к[г] 500 гр. на трудодень. Сена сей год уродилось очень мало, засохла трава, и было дороже: 30—35 р[уб. | пуд. На хлеба пуд давали 3 пуда сена, солома — вязанца ржаной — стоила 13- 15 рублей. Я покупать ездил в Пукшеньгу: на 500 т[р]удодней было получено сена 45 пудов, соломы 15 пудов — и год на скота очень голодный. Корова от истощения по двору ползала, не могла [в]ставать. Весной рвали на межах, в навинах, ветошь. Сей год ячменных семян не уродилось. Начали в [19]41 году пахать Кротиху 23 мая под пшеницу, 20—21 мая сеяли на рожь в Чеботихи клевер. Местами был снег, ночами морозит мороз. Сей год на Егорья и Богослова, 8 мая, в логах еще снегу много. Кротиху пашет трактор. Начали сев 24 мая, кончили зерновые 7 июня, картошку — 14 июня. Тепло стало с 13 июня, 16 июня садили свою картошку. Зима холодная, до 38 град[усов]. Весна протяжная, первый дожд[ь] — 1 мая. 7—8—9 мая снежная вьюга, нанесло большие сугробы, снегу выкинуло до 2 четвертей. 11 мая западный теплый ветер. 13 мая Емца вскрылась, 16 мая пошла Двина в 2 часа дня. Мы работали 22 июня на лугу, на копке канав для осушки пожен, в Клинкови, за Жабозером. Когда пришел в деревню свою, услыхал, что Германия напала на наш Советский Союз и жгет многи города авиацией.

1942 год
Тепло стало с 10 апреля, и 28 мая вышла Двина и начали пахать Есауль¬ское поле под овес; отзимок был до 11 мая. Озимовые сей год вытопило по¬рядочно водой, которая была не много меньше, чем в 1927 году. Топило молотильное гумно, которое даже плавало. Мы были на Рёлке и засеяли все овсом. Уродился он и хороший, но горький был, да и ржаного не было — так что год был голодный для нашего колхоза. А где в колхозах был посеян яч¬мень, то он уродился хороший, но у нас семян ячменных не было. Хлеба было по 800 гр. всего. Сев зерновых кончили 21 мая, 23 садили картошку, а уже с 29 мая садили свою картошку, которая стала 200 руб. пуд. А хлеба не [бы]ло в продаже в начале года. Зима холодная, сильные вьюги. Осенью, как замер¬зло, и оттепелей не было до весны. Год тяжелый, народ взят на войну.

1943 год
Сев начали с половины мая. Разлив воды небольшой, полей не топило. Урожай ржи и ячменя был хороший, который выменивали в Хаврогорах на семена. Сено уродилось тоже хорошее. Картошка дорогая — 250 р[уб]. пуд; на ней меняем у городских, которые приезжают в деревню. В городи голод — и променивают они кое-что: мыло, 400 гр. кусок, мы платили 8 килограмм| картошки, керосину давали две литры на пуд картошки. Мы достали мужско¬го и женского белья, потому что мужчин в народе много убитых — и семей¬ные, голодные, в городи променивали все, что можно. Народу эту зиму там мерло очень много, так что клали на кладбище кострами32 тела, от истощения

1944 год
Зима вьюжная, теплая. Рамы внутренние не замерзали, которые с 41 года до 45 года зимами изнутра квартеры зимой закрывали — делали светомаски¬ровки по случаю войны, чтобы свету на улицы не было. Но на деревни нале¬тов немцев не было. Сев ранний, но с месяц был холод, ничего не всходило. И лето было всё холодное: ветер — север, за все лето 5 дней было, что ходили в рубашках, а то все в фуфайках. Но хлеб уродился очень хороший, ветер холод¬ный у нас спас урожай от засухи. Страда сухая; картошку убрали всю сухую, насчет уборки погода хорошая все была. Рабочими были цыгане.
1945 год
Зима вьюжная, заносы тоже, нехолодная — ветер все западный. Сев по¬здний, но лето было жаркое, хорошее. Урожай всему очень хороший, но пошли потом всю осень дожди — и хлеба много упустили. Cена замоключенного убрали до дождей — жали мокрое все. Снег, слякоть ранно; суслоны(33) возили по снегу и молотили после даже Новаго года. Хлеба было по 1 к[г] 280 грам на трудодень. Я работал один, дочь Анна заболела, и хлеба получил мало на 240 трудодней. Два раза Анна ездила в Арханг[ельск] на ренгены: болеет от лёгких, и сошла во рту кожа. Она работала все на телятнике. Хорошо, что есть у нас еще старый хлеба, да и жена стала получать паек, 200 гр[амм] на день, из кооператива, да не каждый день. 9 мая весной, утром, праздновали День победы над Германией, весьма народ был рад услыхать такия вести по радио. Собирались на митинг у конторы колхоза, дома бывшаго Марка Спехина, а теперь Пантелеева, на середки деревни. Этот год мне памятень тем, что осенью, в начале сентября, к вечеру, когда я болел головной болью, был завязавший с тряпкой холодной воды на головы, да и Анна лежала все, приехал после долгой из-за войны отлучки сын Александр Ник[олаевич], что нас так обрадовало, что остался он жив и здоро"в.

Полностью текст здесь. lost-empire.ru/index.php
Tags: "голодомор", голод 1932/33, уровень жизни
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments